Замки Луары

25 июля 2019

Ричард Львиное Сердце и Петр I

Мы вынырнули из плавно несущегося туристического потока и оказались там, где тихо и пусто, где почти нет туристов, замки Луарыв средневековом городе-крепости Лош. Было раннее воскресное утро, пустые улицы, благоухающие цветами, в воздухе разлит блаженный покой. Медленно мы поднялись вдоль крепостных стен и вошли в старый город. Эта крепость была не декоративная, как многие замки, мощные неприступные донжоны помнили Ричарда Львиное Сердце. По этим плитам ступала Жанна д’Арк, в старинном соборе погребена ангельски прекрасная Аньес Сорель. Все дышало вековой историей.

замки Луары

Мы вышли из собора и замерли… За железной решеткой стоял, точнее сидел, нет, все-таки стоял памятник Петру I. Тот самый, шемякинский, до боли знакомый, что на площади в Петропавлоской крепости, засиженный детьми и взрослыми до золоченого блеска. Петр сидел строгий, черный, какой-то одинокий, словно больной, чужой в этом средневековом обрамлении. Занесенный сюда по прихоти автора, он украшал дворик егодома.
Вспомнилось, что вначале этот памятник меня возмущал, потом я к нему привыкла, потом поняла и приняла, пораженная жестокой прозорливостью, но здесь, он воспринимался как частица моего дома, памятник Петру I в старинном городе-крепости Лош, в самом сердце Франции.

 

Монтрезор. Ах, пане-панове …

Мы не сразу поняли, что это владелец замка, подумали, что садовник или мажордом. Зная, что мы русские, он спросил на каком языке лучше вести экскурсию, французском или польском. К нашему стыду пришлось признаться, что лучше на французском.
замки ЛуарыКогда я заказывала экскурсию в замок Монтрезор в офисе туризма города Тура, французы мне сказали, что владельцы там поляки, а, поскольку вы тоже русские, то проще обратиться к ним самим напрямую. Меня это удивило, как будто это одно и то же, русские и поляки. Но экскурсию я заказала сама и получила в ответ не просто формальное подтверждение, а какие-то теплое строки, что нас ждут и рады, и вдруг поверилось, что на самом деле рады и на самом деле ждут.
Это был замок знаменитого графа Браницкого. Судьба его стала легендой. Богач, бунтарь, финансовый воротила, глава польской оппозиции. Грезил о свободе своей страны на царской службе, бежал, все потерял в России, идеально вписался в круг предпринимателей Второй империи, нажил колоссальное состояние, создав банк, строя железные дороги и Суэцкий канал. После его смерти несметное богатство перешло к племянникам, их потомки по сию пору владеют Монтрезором.
Сказав несколько слов приветствия, граф передал нас своим родственницам – двум очаровательным старушкам, которые, мешая польские и французские фразы начали вдруг свой рассказ с песни Окуджавы «Мы связаны Агнешка, давно одной судьбой…», и спросили нас какие песни Булата Окуджавы мы любим.

замки ЛуарыПосле всех французских королей, династий Валуа, Капетингов, французского Ренессанса и готики, имена Понятовского, Екатерины II, Паскевича звучали для нас музыкой. Французы оказались правы: несмотря на все трагическое в прошлом, на то, что они стали европейцами, а мы нет, наперекор всему мы связаны одной судьбой. Никуда от этого не уйти, да и не хочется…
В замке Монтрезор все сохранилось как при Браницком: роскошь эпохи Наполеона III, изумительная коллекция итальянской живописи. Однако, все время не покидало ощущение, что жизнь здесь как будто остановилась, что вся слава и величие остались в прошлом. Удивительно, но хозяева по-прежнему жили в польской культуре, знали имена своих героев, кто кому кем приходится, с пожелтевших фотографий на нас смотрел мир польской эмиграции. На память снова пришел Окуджава, точнее его перевод той самой Агнешки Осецкой:
Ах, пане-панове, ах, пане-панове, ах, пане-панове
Да тепла нет ни на грош.
Что было, то сплыло, что было, то сплыло,
Что было, то сплыло того уж не вернешь…

 

Туренские вина

замки ЛуарыВ повозке, запряженной парой першеронов, мы тащимся по виноградникам Турени. Они не такие бесконечные, как в Провансе, а перемежаются с полями пшеницы и пастбищами. Хозяин тяжеловесов любитель-натуралист Филип Шигар, показывая на домики среди виноградников, объясняет, что там живут владельцы ферм, уезжая на несколько дней работать в поля. Эти домики и по сию пору — неотъемлемая часть французского пейзажа.
Мы ездим по фермам, дегустируем вина. Иногда это мрачные подземелья, длинной в несколько километров, с высокими сводами, в которых прежде добывали песчаник, а сейчас используют как погреба.
Иногда уютный старинный замок, с владельцем графом, который больше похож на предприимчивого бизнесмена. По лестнице спускается его теща – изящная французская старушка, которая, узнав, что в замке русские, решила нам показаться. Она произносит кокетливо «бонжур», а граф, поинтересовавшись, где мы сейчас были, с юмором замечает: «Вот в Шеверни вы тещу хозяина замка не видели, а здесь – пожалуйста». Иногда эта ферма, на которой всего три женщины управляют немалым хозяйством – коровы, сыры, вина.
Мы забираемся в самую глубинку, и нам нравится, когда в конце, прощаясь, нас с удивлением спрашивают, как мы здесь оказались и говорят, что мы первые русские. Вина в Турени совсем иные, чем в Провансе или Бордо.

замки Луары

Нет, мы не специалисты и не рассуждаем о букете, «первом и втором носе». Для нас вино — это часть жизни Франции, ведь любой француз знает, понимает, ценит и любит вина.Итак, мы не специалисты, но вот хозяева виноградников почему-то внимательно смотрят на нашу реакцию во время дегустации, мы киваем головой, обсуждаем, какое вино следует купить, сравниваем с предыдущими дегустациями и вместе с хозяином получаем безмерную радость от самого процесса. Иногда своим замечанием мы задеваем хозяина за живое, и он вдруг достает старую бутылку одного из лучших годов и с гордостью угощает — знай наших!
Вина Турени такие же, как и эта земля и воздух, напоенные солнцем: без претензий и амбиций, непостоянные и немного простые, но легкие, искрящиеся, наполненные покоем и радостью.

 

Цветы Луары

 

Цветы здесь повсюду: огромные букеты-композиции на столах, консолях, каминах в интерьерах замков, строго расчерченные цветочные партеры садов, цветут луга и деревья в городках.
Каждый день садовники деликатно, чтобы не создать неудобства посетителям, вносят в замки свежий цветочный срез. Почти неприметные, они кропотливо работают повсюду, создавая эту хрупкую красоту, эту раму, из которой выступают во всем величии замки.
В луарских замках все живет своей естественной жизнью, в них нет холодности искусственных интерьеров. Колышутся на сквозняках старинные шпалеры, в залах по утрам зажигают камины, пруды кишат рыбой, на лугу пасется ослик, а в псарне отдыхает стая гончих. Луара — это кусочек мира, в котором человек живет в гармонии с природой.
Изредка мы видим зайца, несущегося по полю, иногда дорогу перебежит лань, повсюду пасутся коровы и овцы. Сад всегда был для человека отблеском иного мира, кусочком утраченного рая. Цветы Луары немного приближают нас к нему.

Тур Замки Луары